Carnegie Endowment for International Peace
- На связи с Карнеги
- Поиск
- Ресурсы Карнеги
Центры Карнеги в мире
Языки
Все государства Центральной Азии, в том числе и Узбекистан, проводят многовекторную политику. В настоящий момент Ташкент, похоже, усиливает американское направление своей политики и стремится к военному присутствию США в стране.
Путин — в перспективе слабый президент, который не сможет, как раньше, определять правила игры, но при этом он по-прежнему ведет себя как сильный президент, и это создает ощущение неадекватности. После выборов элите придется либо сохранять Путина и рисковать крахом всей политической системы, либо заменить Путина на лидера, более адекватного новым политическим реалиям.
В Пхеньяне открылся корпункт Associated Press, а один из высших чинов КНДР сообщил о намерении нового вождя страны Ким Чен Ына провести экономические реформы по китайскому образцу. В долгосрочной перспективе Ким Чен Ын сможет удержаться у власти только при условии успешных реформ, и он, судя по всему, это понимает.
Российская программа Воздушно-космической обороны (ВКО) в ее нынешней конфигурации несовместима с общей или сопряженной ЕвроПРО РФ и Запада. Диалог по ПРО между Россией и США/НАТО останется бесплодным, если он не будет основательно переформатирован. Нужно вести речь о совместимости или несовместимости ВКО с ПРО НАТО; о предпосылках, оперативных условиях и технических элементах состыковки.
Россия находится в «серой», неопределенной цивилизационной зоне между двумя опасными векторами: один из них — путь к национальному государству, другой — сохранение страны в нынешнем аморфном состоянии с имперскими замашками. Судьба новой России как цивилизации также зависит от того, как будет решен вопрос десталинизации.
Главные события 2011 года в мировом масштабе — нарастающая внешнеполитическая усталость США и ЕС из-за их внутренних экономических проблем, потрясения в арабском мире, скатывание к противостоянию между США и Китаем в Восточной Азии, обострение ситуации на Среднем Востоке и в Южной Азии (Иран, Афганистан, Пакистан).
Системы ПРО встроены в широкий контекст безопасности, военной и внешней политики сторон — РФ и США/НАТО — и их стратегических отношений. Этот контекст содержит серьезные препятствия для сотрудничества, преодоление которых требует последовательной, комплексной и глубоко продуманной политики, направленной на взаимодействие в борьбе с новыми общими угрозами безопасности.
В число главных вызовов для России входят бедственное состояние технологической и социальной инфраструктуры (в ее отношении власть ведет себя как временный собственник, стремясь извлечь максимальный доход) и кризис системы управления (так как все действия определяются частными интересами, а не интересами системы в целом). Но ситуацию можно улучшить, совершенствуя политическую систему.
«Программная» статья Владимира Путина в газете «Известия» — элемент предвыборной демагогии. Статья появилась, так как Путин понимает, что после протестов ситуация в стране изменилась, и обеспокоен этим; в то же время он не способен выйти за пределы старых представлений. Путин — заложник своего режима, который не допускает послаблений и конкуренции.
Владимир Путин опубликовал программную статью «Россия сосредотачивается — вызовы, на которые мы должны ответить». Однако в этом тексте не отражена главная проблема Путина — снижение его легитимности и легитимности политической власти в России в целом. Путин должен был продемонстрировать, что он изменился, но этого не было сделано, хотя потребность в этом постоянно растет.
Владимир Путин опубликовал в газете «Известия» статью, которую он, видимо, рассматривает в качестве своей президентской программы. Однако эта программа рассчитана только на пассивную публику, не сопоставляющую кремлевскую риторику с реальностью. И для самого Путина, скорее всего, неважно, верят ли люди в его программу, поскольку результат президентских выборов уже известен.
Главная ошибка США в Афганистане заключается в том, что они, свергнув режим «Талибана», решили превратить Афганистан в современное демократическое государство. Теперь США отказались от этой цели, но и талибы стали более прагматичными и мягкими. Стабильность будущего Афганистана зависит от того, как власть в стране будет разделена между пуштунами и остальными группами.
В том виде, в котором власть существовала до декабрьских выборов, она существовать уже не может — ей необходимы изменения. Однако непонятно, сможет ли Путин измениться и смогут ли «старые кадры» начать либерализацию в политике — или же они будут ее откладывать в надежде, что все успокоится.
Путин уже перестал быть единственным игроком в системе, диктующим правила игры. Выиграв выборы, он будет слабым президентом, но эта роль требует умения договариваться и учитывать мнение других игроков, к чему Путин органически не способен. Значит, его неадекватность новым условиям игры будет возрастать, и вряд ли Путин досидит до конца президентского срока.
Нестабильность на Северном Кавказе — это мина замедленного действия: от того, будет ли решена эта проблема, может зависеть само существование российской политической системы и даже страны. Вместо конъюнктурных тактических шагов нужно разработать и срочно начать реализовывать реальную стратегию по стабилизации и развитию Северного Кавказа, модернизируя политические элиты и развивая институты.
Конституция РФ узаконила властную монополию нынешней верхушки и систему президентского единовластия. Поэтому требуется изменение конституции и установление в стране полупрезидентской модели, в которой полномочия президента сбалансированы с полномочиями парламента. Идею конституционной реформы надо перевести в политическую повестку дня и сделать ее стратегической опорой оппозиции.
Фактически президентские выборы в России уже состоялись — когда Путин в сентябре 2011 года объявил о намерении снова баллотироваться на пост президента. Возвращение Путина серьезно не повлияет на российско-американские отношения: улучшений в отношениях не будет, но и помех для их развития — тоже.
Президентские выборы и то, какой будет общая конфигурация власти в ближайшие шесть или даже двенадцать лет, — главная политическая тема 2012 года. При этом у российской власти после декабрьских выборов нет ясного понимания текущей ситуации в стране, и, так как у власти нет четкой позиции, нет и единой оппозиции.
В 2012 году в мусульманском мире ожидается обострение ситуации, причем иногда с легализацией победивших протестных движений. Общий тренд 2012 года — исламизация и политизация арабских стран. Ситуация вокруг Ирана останется напряженной, но вероятность военного удара по Ирану мала.
Конец СССР стал концом жесткой равноправной конкуренции в геополитике и идеологии, и к нынешнему времени это породило самодовольство в политике Запада. Через двадцать лет после победы над коммунизмом демократия нуждается в новой модели. Демократии всего мира должны получить глобальную перспективу. Надо опираться на гражданский долг и ответственность в качестве основы политики и общества в целом.